(С) Подготовил и написал Московченко Д.В. Цитировать с разрешения автора.
Режимы гиперкомпенсации подталкивают людей действовать противоположно тому, что предполагает основная схема, с которой они стремятся справиться. Такие режимы сбивают с толку, поскольку несут в себе такие послания, как «я счастлив», «все в порядке». «я дружелюбный и уравновешенный человек», «я интересный и меня ценят», «я самодостаточный человек и многое могу» и т. д., которые противоречат лежащим в их основе схемам: эмоциональной депривации, социальной изоляции, неполноценности/стыда, провала, зависимости/некомпетентности. и т. д. (Янг и др., 2003).
Эти режимы часто сопровождаются очевидным нарративом, который поддерживает посыл гиперкомпенсации вместе с большим количеством аргументов, почему они верны. При ближайшем рассмотрении нарратив оказывается оторванным от реальности. В опроснике компенсаторного поведения Янга, состоящего из 48 пунктов (YCI: Янг, 1999) описывается ряд моделей гиперкомпенсаторного поведения. С момента его публикации их было выявлено значительно больше. Некоторые из них могут сочетаться, образуя смешанные режимы гиперкомпенсации.
«Сильный и независимый» гиперкомпенсатор: внешне это сильные, независимые и способные люди, не нуждающиеся в поддержке или помощи, любую задачу, которой занимаются, или любую проблему, с которой сталкиваются, способны решить самостоятельно. В пункте 20 опросника YCI говорится: «Не люблю зависеть от других». Этот режим часто формируется в детстве, когда ребенку приходится стать самостоятельным раньше времени, и таким образом происходит гиперкомпенсация схем зависимости/некомпетентности и неполноценности/непривлекательности и эмоциональной депривации («ребенок-родитель»).
Социальный гиперкомпенсатор: внешне выглядят дружелюбными и даже сердечными, веселыми и счастливыми. В пункте 44 опросника YCI говорится: «Убежден, что важно всегда выглядеть счастливым, независимо от того, что какие чувства я испытываю». Но это «ненастоящее счастье», маска для общества, которая скрывает подлинные чувства и переживания, отрицает проблемы или преуменьшает их масштаб, а также ни с кем по-настоящему не сближается.
Гиперкомпенсация Поллианны: наблюдается у людей с расстройствами пищевого поведения (Симпсон, 2020), но не только у них. Человек в этом режиме оптимистичен, идеализирует членов семьи, которые объективно пренебрегают им или оскорбляют, и не обращает внимание на конфликты и переживания, вызванные событиями болезненными для большинства. Пункт 43 опросника YCI гласит: «Я всегда стараюсь смотреть на происходящее с оптимизмом и не позволяю себе концентрироваться на негативных событиях». Зачастую такой подход основывается на таких очевидных банальностях, как «Ничего не происходит просто так» или «Так должно было случиться». В этом режиме человек невольно обесценивает трудности, с которыми сталкивается он сам и окружающие.
Комик-защитник: шутит, улыбается и смеется, чтобы полностью уйти от деликатной темы или отвлечься и воздержаться от эмоций, которые могут внезапно возникнуть, когда становятся предметом разговора.
«Перекати-поле»: в отличие от своей версии в разделе «капитуляция» [«Перекати-поле» (непостоянство и пассивность)], человек видит в свободе, порожденной неспособностью брать на себя обязательства, собственную заслугу, и воспринимает себя в положительном ключе, отвергая лежащие в основе режима беспомощность и замешательство. В некоторой степени это отражается в пункте опросника YCI: «Мне нравится быть свободным человеком и делать то, что я хочу», что, вероятно, сопровождается рациональным тезисом-самооправданием, что это здоровый выбор. Можно сочетать с режимом «бунтарь»
(а) Ищущий внимания и восхищения: ведет себя неуместно экстравагантно и преувеличенно драматично (включая паттерны поведения, направленные на соблазнение), чтобы произвести впечатление на других и привлечь внимание и заслужить восхищение; в работе Лоббстейла и др. (2007) этот режим назван «ищущим поддержки и внимания». (2007).
(б) Чрезмерно бдительный «прилипала»: пытается продлить общение, не хочет уходить, цепляется или даже плачет из-за предстоящей разлуки (Бихэри, 2014). Может смешиваться с «бранным гиперконтролером».